Региональный информационный портал

Виниловый клуб: Буря в огненную полночь, или Футбольная импровизация

То, что начиналось в большей степени как творчество для себя, стало неотъемлемой частью музыкальной культуры в целом и творчества Ричи Блэкмора в частности — являясь логическим продолжением созданного в «Deep Purple» и «Rainbow». Неслучайно, по собственному признанию, ударник Майк Соррентино играл в «The Storm» так, как если бы являлся участником «тяжелой» группы, — слово ему самому, отмечает музыкальный обозреватель test.петропавловск.news.

«Большую часть материала «Fires at Midnight» Ричи и Кэндис сделали с клавишником Пэтом Риганом, а также со мной. Кстати, соло в заглавной вещи — мой самый любимый музыкальный фрагмент, который я когда-либо записывал в составе группы. Пэт принес мобильное звукозаписывающее оборудование, так дом Ричи на несколько месяцев превратился в студию. Он мог заглянуть в течение дня, чтобы дать тот или иной отзыв по поводу услышанного, и затем оставить нас — после чего основательно поработать над собственными партиями ночью. Один из треков (к сожалению, не помню точно, какой именно) мы записывали, собравшись все вместе — находясь в разных комнатах, причем Ричи был в гардеробе.

Пожалуй, это самый мощный альбом «Blackmore’s Night» — и хотя акустические партии Ричи недооценены, в исполнительском отношении это опять-таки одна из лучших его пластинок. Вместе с тем, данная работа отличается уклоном в сторону электрогитарного звучания, и участие в нескольких песнях, где он сыграл довольно продолжительные соло, доставило мне большое удовольствие. То, как именно Ричи обыгрывает модальные лады, думаю, мог бы объяснить тот, кто разбирается в теории лучше меня. Однако, догадываюсь, секрет в том, что он искренне, по-настоящему любит эту музыку. Я знаю, это несколько раздражает тех, кто хочет видеть в нем просто парня, который придумал рифф из «Smoke on the Water». Но он очень любит то, что делает — и именно потому все это столь органично.

Ни до, ни после мне не доводилось иметь дело с музыкой эпохи Ренессанса. Но и в «Blackmore’s Night» аутентичные инструменты я не использовал — в студии это были мои Tama Starclassic, а на концертах, как правило, Roland V-Drums. Что мне особенно запомнилось, так это прослушивание у Ричи. Если вкратце, мне пришлось фрагментарно сыграть в трех песнях, ни одну из которых я не слышал — при этом электронная ударная установка была отключена. Ну а после того как Ричи узнал, что я, будучи мальчишкой, долгое время играл в футбол, мы с ним гоняли мяч часа два. В тот же вечер он представил меня своим друзьям как лучшего футболиста-американца, когда-либо игравшего у него в группе. Так я понял, что принят на работу…»
(Майк Соррентино, для читателей «Винилового клуба»)

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *